Эдди Ирвайн: второй в «Формуле-1», первый по жизни

Он пришел в «Формулу-1» не ради кубков, а ради огромных денег, славы и супермоделей – и никогда этого не скрывал. Рассказываем историю главного плейбоя 90-х, который проиграл титул на трассе, но выиграл эту жизнь.

Гонки ради денег и супермоделей

Эдди Ирвайн родился 10 ноября 1965 года в североирландском Ньютаунардсе. Его отец, Джерри Ирвайн, был гонщиком-любителем и владел крупной компанией по утилизации машин. Сам Эдди бредил мотоциклами, но родители сочли их опасными. Тогда отец предложил сыну сделку: парень бесплатно вкалывает на семейной автосвалке, а взамен получает финансирование для картинга.

В детстве кумиром Эдди был Джон Уотсон – такой же парень из Северной Ирландии, выигравший пять Гран-при. Уотсон доказал Ирвайну, что пробиться на вершину можно и с окраины. При этом Ирвайн с самого начала был предельно честен и никогда не скрывал, что его главная цель – не кубки, а огромные деньги, мировая слава и роскошный образ жизни с супермоделями, который в те годы ассоциировался с топ-пилотами.

Эдди Ирвайн в окружении пит-герлз – девушек-моделей, работающих на Гран-при. Фото ferrari.com

Но из-за отсутствия крупных спонсоров его карьера не была стремительной. Отработав «барщину» на отцовской свалке, Ирвайн долго пробивался через британские молодежные чемпионаты, «Формулу-3» и японскую «Формулу-3000». А в «Формулу-1» пришел лишь в 28 лет – по меркам тех лет возраст солидный. 

Как получить по лицу от Айртона Сенны

Билет в «Формулу-1» Ирвайн вытянул в 1993 году, когда Эдди Джордан пригласил его на Гран-при Японии в составе команды Jordan. Дебютант отлично знал трассу Сузука благодаря годам в японских чемпионатах, поэтому с ходу прыгнул выше головы – финишировал шестым и набрал очки. Но мир запомнил этот день не из-за спортивного результата, а из-за того, что наглый ирландец устроил прямо на трассе.

Ирвайн посчитал, что лидирующий в гонке Айртон Сенна едет слишком медленно, и... полез обгонять трехкратного чемпиона. Эдди совершил опасный маневр, и в скоростном повороте 130R машины едва не столкнулись. После финиша взбешенный Сенна ворвался в моторхоум Jordan в компании прессы и инженеров. На крики бразильца о том, что новичок сошел с ума, Эдди вальяжно бросил: «Я просто гонялся, а ты плелся как черепаха». После этого Сенна ударил Ирвайна по лицу. Эдди, сидевший на краю стола, не удержал равновесие и эпично рухнул на пол.

Эдди Ирвайн (Jordan Peugeot) в Монце, 1995 год. Фото facebook.com

Ответного удара не было. Поднимаясь с пола, он лишь крикнул вслед уходящему чемпиону: «Жди иск от страховой!». FIA выписала Сенне условную дисквалификацию, но Эдди было плевать на суды: его имя было на первых полосах всех газет. Позже Ирвайн окончательно добил критиков, заявив, что никогда не уважал Сенну, пусть и считал его великим пилотом.

Закрепить статус главного «плохого парня» пелотона Эдди смог уже на старте следующего сезона. В Бразилии-1994 он спровоцировал жуткий завал из четырех машин, в который угодил и Йос Ферстаппен – отец будущего трехкратного чемпиона мира Макса Ферстаппена. Судьи решили проучить наглеца: после неудачной апелляции Jordan первоначальный бан на одну гонку превратился в суровую трехматчевую дисквалификацию. Но Ирвайн вернулся в кокпит еще более опасным, циничным и популярным.

Рубенс Баррикелло и Эдди Ирвайн. Фото autosport.com

Как ходить на вечеринки и получать миллионы

В 1996 году Ирвайн вытянул счастливый, но тяжелый билет – его пригласили в Ferrari. Там Эдди столкнулся с главным вызовом в жизни: ролью оруженосца при «Красном Бароне» Михаэле Шумахере. Контракт ирландца был составлен жестко – статус «номера два» обязывал его пропускать немца вперед по первому требованию команды. Плюс ко всему, на Эдди обрушился кризис надежности итальянских машин: в первый же год он оформил серию из восьми сходов подряд. 

На фоне маниакального перфекционизма Шумахера, который буквально жил в боксах и на тестовых трассах, Эдди выглядел инопланетянином. Пока Михаэль до ночи изучал телеметрию, Ирвайн зажигал на вечеринках. Паддок пересказывал байки о том, как североирландец возвращался в отель под утро, спал пару часов, а затем как ни в чем не бывало садился в кокпит. При этом Эдди обладал талантом и с ходу выдавал круги на грани фантастики. Михаэля, положившего жизнь на алтарь автоспорта, такая вальяжность напарника порой откровенно задевала.

В итоге в сезонах 1997 и 1998 годов Ирвайн так и не одержал ни одной победы, но стал для Маранелло идеальным командным игроком. Он регулярно штамповал подиумы, прикрывал тылы Шумахера в битвах с McLaren и постепенно превратился в незаменимый элемент возрождающейся империи Ferrari.

Потерянное колесо и украденный титул

Судьбоносный момент наступил летом 1999 года на Гран-при Великобритании. У болида Михаэля Шумахера отказали тормоза, Ferrari на огромной скорости улетела в отбойник, и немец сломал ногу. «Красный Барон» выбыл на месяцы, а многомиллионная чемпионская кампания лежала в руинах. Тут из тени своего великого напарника вышел Эдди Ирвайн. Вчерашний «номер два», от которого ждали лишь помощи, внезапно потащил команду к титулу в одиночку. Эдди выиграл четыре гонки за сезон – в Австралии, Австрии, Германии и Малайзии – и вступил в чемпионскую борьбу с Микой Хаккиненом из McLaren.

Мика Хаккинен и Эдди Ирвайн. Фото formula1.com

Но главным соперником Ирвайна в тот год стал хаос в самой Ferrari. На Гран-при Европы на Нюрбургринге произошел один из самых абсурдных пит-стопов в истории «Формулы-1»: механики умудрились потерять правое заднее колесо. Пока итальянцы в панике бегали по боксам, Эдди простоял на пит-лейне 48 секунд. В итоге он финишировал седьмым, не получив ни одного очка. Паддок тут же взорвался конспирологическими теориями, будто боссы Ferrari сознательно саботируют Ирвайна. Мол, Скудерии не нужен триумф ирландского плейбоя – они 20 лет ждали титула и хотели видеть на вершине исключительно Шумахера. Но доказательств того, что команда сознательно лишила Ирвайна очков, нет.

Развязка этой драмы наступила на финальном этапе в Сузуке. Ирвайн приехал в Японию лидером чемпионата, опережая Хаккинена на 4 очка. К тому моменту Шумахер уже вернулся в строй и даже завоевал поул-позицию, но на старте пропустил Хаккинена. Михаэль приехал вторым, Эдди – третьим. Ирвайну не хватило всего двух очков, чтобы сотворить главную сенсацию десятилетия и стать чемпионом мира. Упустив корону в шаге от мечты, Эдди отказался оставаться в тени Шумахера и перешел в Jaguar, где ему пообещали безумный гонорар.

Миллионер, девелопер, плейбой: жизнь после «Формулы-1»

Переход в Jaguar в 2000 году многие посчитали спортивным самоубийством, но Ирвайн оставался верен себе. Проект британской марки, принадлежавшей концерну Ford, был амбициозным, но сырым. Зато Эдди выбил себе королевский контракт – около $10 млн в год. И хотя британский болид откровенно «не ехал», ирландец умудрялся творить чудеса. За три сезона он дважды затащил эту зеленую «недвижимость» на подиум: сначала на узких улицах Монако в 2001-м, а затем на скоростной Монце в 2002-м. Это были лебединые песни большого мастера.

Памела Андерсон и Эдди Ирвайн, Монако, 2017 год. Фото gazzettaobjects.it

В конце 2002 года 37-летний Ирвайн повесил шлем на гвоздь. Его итоговая статистика в «Формуле-1» выглядит солидно: 146 Гран-при, 4 победы, 26 подиумов и звание вице-чемпиона мира. Но главное достижение Эдди в другом: в отличие от многих коллег, которые не знали, чем заняться после гонок, Ирвайн реализовал свою главную юношескую мечту – разбогател. 

Заработав миллионы на трассе, он превратил их в десятки миллионов на рынке недвижимости от Ирландии до Майами. В итоге бывший гонщик сколотил состояние в $100 млн, купил собственный частный остров на Багамах и превратил местный яхт-клуб в роскошный курорт. При этом Эдди не забыл и про корни: на родине в Северной Ирландии он открыл огромный спортивный комплекс Eddie Irvine Sports с крытым картингом, чтобы у местных детей был шанс повторить его путь. Ирвайн доказал, что можно не выиграть чемпионский кубок, но стать абсолютным победителем в игре под названием «жизнь». Он пришел в «Формулу-1» за деньгами и славой – и забрал всё до последнего цента.

Акулы, супермодели и суды

Личная жизнь Ирвайна тоже была идеальным топливом для таблоидов. Журналисты регулярно приписывали ему романы с красавицами эпохи: Памелой Андерсон, Кейт Мосс и Хеленой Кристенсен. За это и вечную ухмылку пресса окрестила Эдди «Джеймсом Хантом девяностых». При этом сам ирландец утверждал, что его образ гуляки преувеличен, а жизнь на 90% состоит из работы. Впрочем, главные личные победы он признавал без кокетства: Ирвайн всегда тепло вспоминал свои единственные долгие отношения с Марией Драммонд и рождение дочери Зои.

Эдди Ирвайн на вершине подиума в Австрии, 1999 год. Фото formula1.com

Вне гоночного трека жизнь Эдди напоминала сценарий голливудского боевика. На подводной охоте на Багамах на него напала акула, от которой гонщик отбился гарпуном. В Милане Эдди устроил пьяную драку с сыном местного мэра в элитном ночном клубе. Суд приговорил обоих к полугоду тюрьмы, но Ирвайн отработал наказание инструктором по вождению.

Сегодня Эдди Ирвайн – мудрый, но всё такой же дерзкий отшельник. Он принципиально не пошел в телекомментаторы, предпочитая сытую жизнь на Багамах или редкие заезды на исторических машинах в Гудвуде. Но когда журналистам удается до него добраться, Эдди по-прежнему разносит современных пилотов: выдает порции жесткой критики в адрес Макса Ферстаппена и скептически оценивает новичков.

Белорусский сувенир для Эдди

Эдди Ирвайн не стал чемпионом мира, но его карьера была необычной даже по меркам «Формулы-1». Победы за Ferrari, борьба за титул до последней гонки в 1999 году, три сезона в Jaguar, а затем недвижимость, собственный остров, акула и судебные истории – его биография больше напоминает сценарий приключенческого фильма, чем обычную жизнь.

Пообщаться с Эдди лично мне удалось на Гран-при Европы 2002 года. У меня даже был припасен сувенир с родины для ирландца: я вручил Эдди бутылку настоящей белорусской «кристалловской» водки. В ответ Ирвайн горячо поблагодарил всех поклонников «Формулы-1» из Беларуси за поддержку и подарок. А потом, взглянув на этикетку, произнес: «По вкусу она напоминает «кремлевскую»?». «Она лучше!» – ответил я. «Отлично, – сказал Эдди. – Мои друзья любят водку! Большое спасибо. Только, пожалуйста, не фотографируйте меня с бутылкой в руках».

На Гран-при Европы 2002 года мне удалось сфотографироваться с Эдди Ирвайном. Фото из архива автора

Эдди Ирвайн и искусство жить красиво

Ирвайн всегда жил по собственным правилам, а прямолинейные высказывания, любовь к фотомоделям и роскошному образу жизни дополняли его имидж. Сочетание агрессивного стиля пилотирования, независимого характера и насыщенной личной жизни сделало Ирвайна одним из самых заметных персонажей «Формулы-1» своего времени.

Эдди и после ухода из «королевских гонок» не стал менять свой образ жизни. И здесь есть чему позавидовать: Ирвайн сумел оставить профессиональные гонки тогда, когда счел нужным, обеспечить себе финансовую независимость и дальше заниматься тем, что ему действительно интересно. Поэтому его жизнь после «Формулы-1» получилась не менее необычной, чем сама карьера.